- Что за бред?!! - воскликнул Трохин, - Я никого пальцем не тронул!!!

- Иные слова хуже пальца, гражданин Трохин, - возразил Ваня, - И на сегодняшний день еще далеко не все травмированные успели подать иск. Так что в одиночную камеру, которую вы почему-то упорно называете тюрьмой, вас изолировали для вашего же блага.

- Господи! - всплеснул руками Трохин, - И это называется свободная страна?!

- Кстати, давно хотел спросить, но раз уж разговор зашел... Вы поминаете то Черта, то Бога, и я не могу понять - по вере вы сатанист будете, христианин или кто?

- Атеист, - мрачно сказал Трохин. - Опять оскорбил всех?

- Почему же? Это ваше право на Веру, - задумчиво кивнул Ваня. Атеист... Кто б мог подумать... Но все будет хорошо! Наберитесь терпения. Мы, кстати, уже прилетели. Это пятно на горизонте - остров Пасхи, сейчас мы снизимся и увидим гигантский стадион. Он построен специально для церемонии Объединения.

* * *

Ваня умело посадил кар на площадку и повернулся к Трохину.

- Повторяю еще раз: никаких разговоров ни с кем, кроме меня. И запомните: здесь никто не должен знать, что я следователь! На худой конец, если зайдет разговор, то я - ваш близкий френд. - с этими словами Ваня приладил к правому уху небольшую сережку.

- В каком смысле "френд"? - насторожился Трохин. - Если нас спросят, я должен буду ответить, что мы геи?

- Я вижу гражданин, Трохин, вы еще слишком плохо понимаете законы свободы. Ежели кто-нибудь наберется наглости подойти к нам и поинтересоваться какие наши отношения, то мы подадим иск и отсудим прекрасные бонусы!

- Ах, ну да... - вспомнил Трохин.

- А серьга для маскировки надета, - пояснил Ваня, - Представьте: два гражданина с большой разницей в годах - не подумайте что я вас оскорбляю, но года не скроешь - появляются вдвоем в общественном месте. Кто это? Или отец с сыном - а многие смотрели вчера канал и знают, что вы прибыли из далекого века и сыновей у вас тут нет. Или же - гей-френды. Иначе, согласитесь, такая пара выглядит очень подозрительно и наводит на мысль о разных извращениях.